Turmush — В 2019 году Управление внутренних дел Иссык-Кульской области на основе архивных материалов подготовило серию материалов по случаю 100-летия генерала Аджике Кутманалиева.
Тогда областное управление милиции подняло архивные материалы, связанные с операцией по спасению генерала Исхакбека Мониева. В 2026 году генералу Аджике Кутманалиеву исполнилось 107 лет.
После окончания сельскохозяйственного института в городе Фрунзе, в апреле 1942 года Аджике Кутманалиев был направлен начальником пограничного пункта №50 села Иркештам Ошской области. Эти трудные военные годы закалили характер генерала, испытания военной службы он встретил мужественно и достойно. В своих воспоминаниях он впоследствии напишет: «Оказаться в самом начале трудового пути в самом сложном месте, только так можно выработать в себе необходимые качества стойкости в преодолении любых преград».
Именно в эти военные годы он встретился и познакомился с Исхакбеком Мониевым – первым кыргызским генералом. Их встреча стала судьбоносным поворотом в жизни молодого А.Кутманалиева. Не осознавая этого, он принял его как наставника, учителя жизни, следовал и подчинялся его образу мыслей и действий, старался применять все это в своей жизни. Несмотря на большую разницу в годах (около 12 лет), с момента их первого знакомства в начале 40-х годах их отношения с годами переросли в крепкую дружбу двух единомышленников. Позже Аджике Кутманалиев напишет о И.Мониеве следующее: «Народ, мечтающий о герое, обязательно родит из своих недр вождя, который объединит всех великой идеей единства и согласия».
И.Мониев родился 31 августа 1902 года в селе Нура Алайского района Ошской области. Происходит из известного кыргызского аристократического рода на Алае. Отец — крупный торговец, переселился в Синьцзян. В возрасте 25 лет Исхакбек собрал отряд из кыргызов Кызыл-Суу, воевал с басмачами, проникавшими через советско-китайскую границу. За эти заслуги правительство Гоминьдана присвоило ему звание генерал-майора. Позднее у него начались трения с гоминьдановскими властями.
Аджике Кутманалиев по долгу своей службы часто бывал в Синьцзяне. Выписка из его рукописных записей того периода гласит, что с началом Великой Отечественной войны китайские власти Синьцзяна не без ведома центрального правительства резко меняют свое отношение к Советскому Союзу. Вероломное нападение фашистской Германии они приветствовали. Стали преследовать советских граждан, находящихся в Китае. Начались аресты китайских граждан, работающих в советских учреждениях. В 1942 году Шень Ши Цай, возглавлявший с 1933 года Урумчинское провинциальное правительство, под предлогом созыва съезда пригласил всех председателей культурно-просветительских обществ национальных меньшинств, военачальников и видных уважаемых людей в Урумчи. Никто не знал, что Шень Ши Цай изменил народу, продался Чан-Кайшистской клике, злодейски убил Чэнь Тань Цю, Мао Цзе Миня и многих других, преданных народу руководителей Коммунистической партии.
Вот и в этот раз никакого съезда в Урумчи не было. Всех собравшихся арестовали и посадили в тюрьму без суда и следствия. Это был очередной трюк Шень Ши Цая. Так многие национальные меньшинства Синьцзяна лишились своих руководителей. И.Мониев, видимо, предвидел расправу, поэтому на объявленный съезд не поехал. Правительство в Урумчи разрабатывало специальный план ареста Мониева для последующего физического уничтожения.
В Синьцзяне начался разгул гоминьдановской реакции. Ею были уничтожены все достижения, которых добивался революционными усилиями трудовой народ Синьцзяна в области народного образования, хозяйства и культуры. Гоминьдановская клика проводила по отношению к народу Синьцзяна ту же реакционную политику чудовищного угнетения и эксплуатации, унаследованную ею от правительств Маньчжурской династии и северных милитаристов, которую она проводила по отношению ко всем национальным меньшинствам Китая.
Именно в эти годы И.Мониев, как председатель культурно-просветительского общества в Илийском округе, проявил большую организаторскую деятельность, направленную на благо народа, сумел объединить разрозненные национальные меньшинства, несмотря на разнообразие в укладе жизни и вероисповедования. Исхакбек установил деловые контакты и дружеские отношения с уйгурскими, узбекскими, русскими обществами культуры и просвещения Китая.
Популярность и авторитет Исхакбека, а самое главное — его революционная деятельность все больше не устраивают Бу Чи Сыня, который в 1943 году стал губернатором Илийского округа. Он видит в лице Мониева опасного революционера и все думает, как бы его отстранить. Пригласив к себе от имени Урумчинского провинциального правительства, предлагает ему оставить пост председателя общества и выехать в Урумчи для занятия более высокого должностного положения. Но в беседе не говорит конкретно, куда и кем будет назначен, ссылаясь на то, что об этом скажет лично сам Шень Дубань, когда Исхакбек будет на приеме у него. Мониев вежливо благодарит за предложение Бу Чи Сыня, но своего согласия не дает.
Бу Чи Сынь назначает досрочные выборы председателя Общества культуры и просвещения кыргызско-казахских меньшинств в надежде провалить кандидатуру И.Мониева. Пустили слух о назначении его Урумчинским правительством на более ответственную должность, полагая, что эта весть вызовет радость в народе. Губернатор Бу Чи Сынь предложил свою кандидатуру на должность председателя Общества культуры и просвещения кыргызско-казахских меньшинств.
В первом же туре голосования И.Мониев побеждает своего соперника большинством голосов. Но губернатору не нравится такой исход, он придирается, обвиняет в фальсификации при голосовании, назначает второй тур. В нем Исхакбек одержал окончательную победу. Реакция властей была жестокой - открытые притеснения членов общества, публичные скандалы, слежка, аресты сторонников Мониева — все провокации проводились для того, чтобы найти повод для ареста Исхакбека. Все понимали, что следует остерегаться попадания в руки судьи, когда этот судья — победоносный и вооруженный до зубов враг. Единственным правильным решением в спасении жизни Исхакбека был его отъезд за пределы Китая.
В 1943 году разрабатывается операция по спасению генерала Мониева. В то тяжелое время для руководства СССР подобные личности как И.Мониев были необходимы, чтобы предотвратить вторжения вооруженных сил, поддерживающих идеи фашисткой Германии. Они знали, что И.Мониев – слуга народа, он нужен народам многострадального Синьцзяна. Он признанный вождь национальных меньшинств этого края.
Сотрудникам соответствующих спецслужб того времени пришлось работать целый месяц над тем, чтобы спасти его жизнь. Хотя Аджике Кутманалиев в своих летописях пишет, что операция была запланирована друзьями генерала И.Мониева, вряд ли удалось бы эту операцию осуществить без ведома советского руководства.
Переход через границу по официальным каналам исключался. Организовать нелегальный переход границы через сушу невозможно и нецелесообразно, а самое главное, опасно для его жизни. В этот период все охранялось усиленно как никогда, за счет вновь прибывших воинских подразделений из центрального Китая. Оставался только один выход – переход границы только воздушным путем, который на тот момент еще функционировал между Китаем и СССР.
В один из апрельских дней 1943 года в аэропорту Кульджи стояли два советских самолета марки «Дуглас», выполнявшие рейсы по договору между двумя странами по маршруту Алма-Ата-Хами. Они приземлялись, чтобы заправиться и взять на борт пассажиров. Но в отличие от предыдущих дней, они стояли рядом, не заглушив моторы. Летчики самолетов из кабин переговаривались, чуть ли не крича, а некоторые из них переходили из одного самолета в другой, создавая вид, что они передают друг другу запчасти. Китайские военнослужащие контрольно-пропускного пункта, подумав, что летчики исправляют временную поломку, без каких-либо подозрений отошли к своему служебному помещению.
В этот момент служебные автомашины консульства, въехав на территорию аэродрома, под видом передачи дипломатической почты завернули за хвост первого самолета, остановились между двумя летательными аппаратами, где сотрудники, участвующие в операции, благополучно пересадили в назначенный самолет самого генерала И.Мониева, его 3-летнего сына Акая, верного адъютанта Ахмата. В аэропорту города Алма-Аты генерала встречали его сподвижники, в том числе разведчик Иванов Иван Иванович, работающий с генералом в Сыньцзяне под псевдонимом «Искандер Эфенди».
Китайские власти, обнаружив исчезновение И.Мониева, долго изучали и расследовали причины, причем наказание получили многие, даже сам губернатор Бу Чи Сынь. Подобная ситуация, стала поводом для китайских властей, чтобы преследовать семью и родственников генерала. В 1944 году производится арест супруги Исхакбека – Турганбубу. Вновь разрабатывается план спасения семьи генерала, в котором принял участие разведчик Петр Васильевич Василькин, давнишний знакомый и друг семьи Мониева еще по Кашгару. Разработанный план увенчался успехом – женщину вывозят из Китая на самолете. Но перед отлетом Турганбубу находилась сутки под полом самолета.
Позже пути Аджике Кутманалиева и Исхакбека Мониева вновь пересекутся уже осенью 1944 года. В составе спецотряда «Буйгу», они примут участие в восстании против Гоминдановского режима в Сыньцзяне.